Мария Махова (mahavam) wrote,
Мария Махова
mahavam

Categories:

Карлуша

работа над книгой "Дети войны"

.........

Что она, пятилетняя, помнила о долгих днях войны?.. Карлуша только и врезался в память, да как звала его бабушка: «Карлуша, где ты? Воды принеси!..» – «Даа, бабичка!» – отзывался Карлуша и бежал к колодцу с вёдрами.
Чеха Карлушу, пленного солдата вражеской армии, поселили в их дом на временное проживание, покуда власти не разберутся, что с ним дальше делать. Так вот она и прикипела к нему со временем, как к родному. А ещё…

Но мама незваного гостя сторонилась, относилась к нему холодно и с недоверием. Старший брат-подросток пытался его чем-нибудь задеть или съязвить в его сторону. И только для бабушки этот молодой чех врагом не был и относилась она к нему по-доброму: ну, забрали солдатика, не спрашивая, на какую войну – разве он виноват в чём? Молоденький совсем, глаза хорошие. Так и прозвала его ласково: Карлуша. А он называл её «бабичка».

Жили они теперь впятером: мама, бабушка, брат, она, пятилетняя, и вот теперь ещё Карлуша. И стал для неё Карлуша и сказкой, и книжкой, и развлечением.
Речь Карлуши представляла из себя смесь чешско-немецко-русских слов. Говорил он много и обо всём: и про семью свою рассказывал, и про то, как учительствовал до войны в сельской школе, и какие у него были там весёлые дети. А однажды вдруг посерьёзнел и произнёс отрывисто:
– Гитлер и Сталин плохие, слышишь, бабичка? Очень плохие.
Бабушка посмотрела на него молча и ничего не ответила.
– А Ленин хороший! – тут же добавил чех и заулыбался.
– Это он зачем нам тут провокации устраивает? – тихо спросила мама, близко подойдя к бабушке. И, отозвав брата, строго приказала:
– В беседы с «этим» не вступай. Мало ли.
А ей, маленькой, рассказывал Карлуша о своей родине, бормотал что-то, радовался, брал её к себе на колени и говорил:
– Вот моя невеста!.. Буду ждать тебя, когда вырастешь, ни на ком не женюсь!..
А «бабичка» улыбалась и шутила:
– Поди ж ты, заморцкий жених!..
А брат ершился:
– Ещё не хватало, чтоб наша малАя!..
А малОй очень нравилось играть с Карлушей, разговаривать и рассказывать ему о чём-то, и очень нравилось, что она теперь невеста…

А потом пришли за Карлушей и угнали куда-то, а она всё равно его забыть не могла, и даже когда стала уже повзрослее, всё про Карлушу родных своих расспрашивала, -- где он теперь может быть, да в каких краях... И в её романтических видениях возвращался к ней жених Карлуша в её деревню, входил на порог и говорил:
– Ну, где тут моя невестушка?..

– Не надо, не думай ты о нём… – сказала однажды мать. – Есть и воля, есть и пуля. А пуле что, она не выбирает. Убили наверно – не те, так эти. Не выдумывай ничего…

И дочка кивала и больше ничего не выдумывала. Но ни в какую пулю не верила – не мог её Карлуша просто так умереть, от какой-то пули. Если даже он и не вернётся к ней никогда, так, значит, живёт где-то за морями-океанами, в школе работает, детей учит, и, может, рассказывает им о далёком русском селе, где была у него «бабичка» и невеста, и как бегали они с невестой в поле да собирали цветы, да венки плели…

Эх, где ты, Карлуша?.. Может, и жив ещё, может, что и помнит.

Tags: дети войны, книга
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • * * *

    Мама рассказывала, что я родилась, как Тиль Уленшпигель – она смеялась, рожая меня. Сначала, как и положено, появилась голова младенца –…

  • * * *

    Уехала к детям, не знаю, на сколько. Будьте все здоровы, я буду стараться тоже, не скучайте, обнимаю, пусть крутится-вертится шар голубой 🌐

  • ты ведь знаешь

    Эта книга на плотной бумаге – где теперь, в чьём осталась «вчера»? Там подписано было: «Натахе, на хорошую память, ура», и я помню, я помню, я помню…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments