Мария Махова (mahavam) wrote,
Мария Махова
mahavam

Categories:

2020

Оглядываясь на прошедший год, пытаюсь восстановить в памяти, как оно было. События до весны в каком-то тумане и дальней дали, а вот с марта уже начинается кино.
Иду на работу, звонит Машка из театра, говорит: нас закрывают типо на карантин.
– У нас нормально. – отвечаю я.
Приезжаю, говорю коллегам: в городе что-то происходит, нужно быть готовым… к чему-то. Коллеги жмут плечами и продолжают петь с детьми. На следующий день нас закрывают, никто не верит, что надолго – ну, пару недель от силы. Ну три. Нет, три, это много.



Пару дней город пребывает в коматозе, затем внезапно ломится за продуктами. Что нужно делать запасы, я узнала всех позднее. Не разобрали только макароны и, кажется, овёс. Всё остальное возмутительно взлетело в цене. Почесали репу, купили к макаронам какой-то кильки и лука. Вспомнились советские времена.

События развивались стремительно, со всех экранов шли пугающие сводки и новости, голова лопалась от информации. Вышел закон о масках и перчатках, которые исчезли из всех аптек. Мир превратился в карнавал – люди шили себе повязки в горошек, цветочек и василёчек, надевали защитные очки, а наиболее креативная молодёжь рядилась в ритуальные маски африканских племён и маски монстров (так, при встрече вечером с такими персонажами, я чуть не осталась заикой).

Затем мир опустел.
Всех заперли по домам, чем погрузили в ещё большее недоумение и расстройство. Народ тут же вспомнил Бродского и начал искать аналоги происходящего в литературе и истории. Но аналогов не было. Весь мир переживал какую-то общую историю и с трудом понимал, как с ней справляться.

Но в то, что это всё реальность и эпидемия тоже реальна, верили ещё далеко не все. Рядом болели мало. Из-за границы приходили пугающие вести, но, здесь, в провинции, было тихо.
Началась беда с дистанционной учёбой и работой: дети стонали, родители зверели, учителя рыдали, компьютеры дохли, зуммы глохли – никто не понял, каким образом все друг у друга оказались на головах, а что-то поменять и выходить было нельзя.

Короткая передышка летом подарила пусть не отпуск в нормальном смысле этого слова, но оптимизм. Все немножко забыли и забили, кто-то ломанулся в разные стороны, кто-то продолжал нервничать дома. По осени вместе с листьями под ногами валялись медицинские маски, которые продавались уже на каждом углу. Осторожные люди продолжали ни с кем не встречаться. Самые оптимистичные пытались включить прежний режим.

Дети скакали от счастья, аки кони – им разрешили учиться. Перекроив немыслимым образом расписание и сократив уроки, учителя учиняли поистине героические кульбиты, дабы что-то успеть и никого не потерять в пути. И начали валиться сами.
Всех опять «закрыли», но почти никто уже не возмущался и больше не спрашивал на своих страницах в сети: «Скажите, а у вас в окружении есть кто-то заболевший?» Болели не просто многие, по ощущениям, не заболевших почти не осталось. Самое тяжёлое, что люди начали умирать.

Обострившиеся панические настроения приняли форму несколько депрессивного ожидания: что дальше?.. Мир разделился на пессимистов («мы все умрём»), фаталистов («от судьбы не убежать»), оптимистов ( «всех не перевешаете!») и реалистов («мир не будет прежним»). По моим сегодняшним наблюдениям фаталистов стало большинство: масочный режим никто не соблюдает, дистанцию тоже, в час пик вообще все едут понятно, как. Единой информации ни по профилактике, ни по лечению не существует – по ощущениям, народ просто махнул на это рукой – тот, кто ещё не соприкоснулся. Тот, кто прошёл через весь ад болезни и слава Богу выздоровления, стал ещё более острожным.

Но то, что устали все – стало очевидным. Земля как будто, слегка качнувшись, ушла из-под ног: ухнули планы, многие остались без работы, давят потери, но, главное – потери людей. Друзей и родных. И просто дорогих сердцу. Уложить в голове, что это всё от одного странного какого-то вируса, взявшегося непонятно откуда (версий происхождения вируса тоже уже немало), довольно сложно, как и понять, почему в одной семье один человек тяжело болен, а другой, находящийся с ним в постоянно контакте, совершенно здоров?.. Ответы на все вопросы, конечно, есть. Но верны ли они?.. Пока мы ещё ничего не знаем. Как и не знаем, «чем же всё это закончится».

Общие праздники отменили, ёлки для детей отменили тоже. Нужно доскрипеть с обучением на дистанте до каникул, а дальше… дальше увидим. Продолжаю жить надеждой, что как-то этот коллапс свернётся и мир хоть в чём-то, но останется прежним.


Tags: жизнь, жизнь в провинции
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • * * *

    «Изо всех спекуляций самая доступная и оттого самая распространенная – спекуляция патриотизмом, бойчее всего распродается любовь к родине – во все…

  • Великий Норштейн

    15 сентября исполнилось 80 лет Юрию Норштейну — великому, неподражаемому. Счастье, что мы живём с ним в одном времени... Прочитайте этот…

  • Судьба Белого Бима (сеттера Стива)

    15 сентября 1977 года на экраны вышел фильм «Белый Бим, Чёрное ухо», снятый Станиславом Ростоцким по повести Гавриила Троепольского.…

  • блаженнее отдавать

    — Тропа у людей одна: мы все уйдем из жизни. Вчера я, двадцатилетний, бегал по улице Горького — и вот уже завтра умирать. Без…

  • любовь и электроды

    Я помню как на Новый год у Палыча на даче, ты подарил мне электрод, и не один, а пачку. Гремел во всю магнитофон, раскачивалась люстра, и ты поведал…

  • Ленка, грибы и всё хорошее

    Я как раз размышляла над тем, из чего бы мне сварить суп, так как чечевичный изрядно надоел, когда мне позвонила подружка Ленка – режиссёр,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments

Recent Posts from This Journal

  • * * *

    «Изо всех спекуляций самая доступная и оттого самая распространенная – спекуляция патриотизмом, бойчее всего распродается любовь к родине – во все…

  • Великий Норштейн

    15 сентября исполнилось 80 лет Юрию Норштейну — великому, неподражаемому. Счастье, что мы живём с ним в одном времени... Прочитайте этот…

  • Судьба Белого Бима (сеттера Стива)

    15 сентября 1977 года на экраны вышел фильм «Белый Бим, Чёрное ухо», снятый Станиславом Ростоцким по повести Гавриила Троепольского.…

  • блаженнее отдавать

    — Тропа у людей одна: мы все уйдем из жизни. Вчера я, двадцатилетний, бегал по улице Горького — и вот уже завтра умирать. Без…

  • любовь и электроды

    Я помню как на Новый год у Палыча на даче, ты подарил мне электрод, и не один, а пачку. Гремел во всю магнитофон, раскачивалась люстра, и ты поведал…

  • Ленка, грибы и всё хорошее

    Я как раз размышляла над тем, из чего бы мне сварить суп, так как чечевичный изрядно надоел, когда мне позвонила подружка Ленка – режиссёр,…