Мария Махова (mahavam) wrote,
Мария Махова
mahavam

Categories:

счастливый год

Вчера приходили в гости мои старые подруженции – сидели у ёлки под огоньками, доедали праздничное, вспоминали прошедший год. Год у всех был непростой, конечно. Но для одной из нас, Л. – совсем непростой.
Практически на весь год она оказалась запертой в своей малюсенькой однушке почти без доходов (хоть и с работой онлайн) и с безумной мамой. Мама проявляла агрессию, кидалась едой, дочь свою не узнавала и называла её президентом – просто потому, что где-то в недрах памяти у неё осталось это слово.

– А ты не помнишь, когда это с ней началось? – спросила я. – Ведь не одномоментно же.
– Да она всю жизнь такой была. – ответила Л. – Она ещё лет 10 назад в истерике звонила в двери всем соседям, когда ей нужно было найти что-нибудь. А про агрессию лично ко мне, которая теперь проявилась в полную силу, я уж и не говорю – достаточно вспомнить, как она в детстве головой меня била об стену и орала… Слово «дочка» я никогда от неё не слышала, только обзывательства. Да она меня и не хотела, отец настоял, чтобы она меня из больницы забрала. И сразу же, недоношенную, отвезла к бабушке, ни дня не кормила…

– А отец? Как же он с ней жил?
– Не знаю, как, но она его в могилу и затолкала. Я же когда к ним приходила, десяти минут не могла выдержать её истерик, а он как-то терпел. Ну а после его смерти там уж совсем с головой пиндец случился.
– Да я вообще боялась, что ты поляжешь в этот год, что добьёт она тебя… – говорю я.

– Полечь можно было, да… – согласилась Л. – Но самое жуткое было, когда я заболела «короной»… Я же понимала, что если меня заберут в больницу, она тут просто помрёт от голода. Она же никому на этом свете не нужна… Единственная радость была: я запахов этих невыносимых памперсов не чувствовала. Вообще никаких, но и их тоже. И вот так: сама с температурой и еле-еле, с кашлем и всеми делами – и её ещё обслуживать надо и выдерживать, она же не понимает ничего. Вот эта была жесть… Но, что самое интересное – матери хоть бы хны. Тесты у неё пришли отрицательные, она даже не чихнула.

Л. – маленькая, шустрая, творческая и совершенно гениальная. Всю жизнь, как с облака и по грибы. Лес знает лучше любого лесника. Животину всякую любит и прикармливает, агрессии – ноль. Сколько её знаю – только свет от неё, а знаю я её очень давно.

– Какое счастье, что удалось в больницу её пристроить. В больнице, как я понимаю, она ведёт себя хорошо?
– В больнице вообще всё прекрасно! – радуется Л. – Попасть туда невозможно было, очереди дикие. Но под Новый год случилось чудо – освободилось место. Друзья и ученики помогли, конечно – сама я бы туда не пробилась. Теперь хожу – передачи ей ношу и с врачами разговариваю, всё у неё там в порядке. А я всю жизнь у неё только приступы бешенства вызывала, а уж когда забрала к себе, так двадцать восемь часов в сутки борьба со мной у неё была…
– Ты наш герой. – говорим мы ей. – Теперь всё хорошо будет, спокойно хотя бы.
И тут Л. задумалась и сказала очень важные слова. Нет, других я от неё и не ждала, собственно… Но выводы у неё были потрясающие.

– У меня был очень важный и счастливый год. – сказала Л. – Никогда ещё не было у меня такого прекрасного года. За всё это время, пока мать жила у меня и я носилась с ней, обслуживала, выслушивала её, выгуливала по несколько часов в день и убирала, отмывала и отчищала от пола и стен последствия её буйства, я научилась не только смирению и терпению – я научилась прощать. Я простила её.
Наблюдая это беспомощное безумие на последнем этапе её жизни, всю эту ненужность, бессмысленность и агрессию, я вспомнила всё своё больное, израненное детство – и прощала её, отпускала все свои детские обиды, страхи, слёзы и боль.
Я избавлялась от всего, что меня тянуло и изматывало изнутри, отпуская это каждый день, смывая, выбрасывая из себя – как ненужное, накопившееся, разложившееся давно – и я избавилась от этого абсолютно.
И мне стало так легко, так радостно, как будто я уже почти в раю!
Я убирала за ней – и прощала.
Выслушивала её – и не раздражалась.
Я поняла, что мне это всё для чего-то нужно. И что именно такая мать мне была дана тоже для чего-то, а, скорее всего, для формирования моей души и усмирения гордыни.

– Где ты, а где гордыня? – улыбнулась я. – Гордыня, это как-то совсем не про тебя.
– Так это сейчас! – воскликнула Л. – Но я же не знаю, какой бы она у меня была, не будь этого унижения по жизни. Возможно, что мать спасла и душу мою, и жизнь таким отношением ко мне…. Значит, мне это было нужно. И вправе ли я осуждать её?.. Или злиться на неё и обижаться?..

Л. немного помолчала, повертела конфету в руке и посмотрела на ёлочные огоньки – такие же радостные и детские, как она сама.
– Я не могу сказать, люблю ли я её… – сказала она. – Это сложный вопрос. Но я ей благодарна. И, поняв всё это, простив и отпустив все обиды, мне теперь очень легко и свободно. Для меня это был очень счастливый год.

Tags: друзья, жизнь в провинции
Subscribe

  • 9 мая

    ежегодное теперь уже. сегодня у мамы День Рождения, ей бы исполнилось 85 * * * Вот и май пришёл незаметно. Скоро лето по всем подсчётам. Мама…

  • говорить

    Говорить с человеком, которого больше нет, говорить, замедляя шаг и не помня тем, рядом каркнул ворон – чёрный, как этот снег, ночь приходит в…

  • хочется

    А тут рассказывай – не рассказывай, а тут доказывай – не доказывай, но перед каждым всегда одна своя стена, словно часть слона. И, в общем, лучше,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments

  • 9 мая

    ежегодное теперь уже. сегодня у мамы День Рождения, ей бы исполнилось 85 * * * Вот и май пришёл незаметно. Скоро лето по всем подсчётам. Мама…

  • говорить

    Говорить с человеком, которого больше нет, говорить, замедляя шаг и не помня тем, рядом каркнул ворон – чёрный, как этот снег, ночь приходит в…

  • хочется

    А тут рассказывай – не рассказывай, а тут доказывай – не доказывай, но перед каждым всегда одна своя стена, словно часть слона. И, в общем, лучше,…