Сегодня День Рождения Геннадия Жукова (4.09. 1955, Ростов-на-Дону — 2.12. 2008, Танаис) — поэта, барда, одного из основателей поэтической группы «Заозёрная школа». Стихи Жукова переведены на 6 языков. …Я вспоминаю о Гене не только в день его рождения, он всё время где-то рядом — то строчка его всплывёт в памяти, то какая-то фраза, то неповторимый его голос и гитара… Мы познакомились на фестивале в «Старом Осколе», а потом часто встречались на разных фестивалях и иногда вели вместе мастерские. Я не раз писала о нём на своих страницах… Жуков был, без преувеличения, великим. И свободным. И в нём была бездна юмора… Он был философом, творцом и учителем для многих… Он был Поэтом. Жуков о себе: «…Родился я в роддоме, что на площади Свободы. Это — ну вы знаете — там, рядом с ТюЗом… — Реальное образование у меня 8 классов. (в связи с этим я почетный профессор Римского футорологического клуба — профессор методологии худ. литературы) — Дополнительное образование — два курса коридоров Радиотехникума, плюс опыт барабанов в актовом зале (ВИА «Три Кварка») … — С 15-ти лет я не живу с мамой и с 27-ми лет я не живу нигде (с тех пор я живу везде) Я знаю разные типы домов: «Дом — часть вселенной, ограниченная брезентом». «Дом — часть социума, ограниченная возлюбленными руками»... и т.д. Пока мне ближе вот что... « Дом — это то место, через которое проходит охотник, отправляясь на охоту». — В армии, куда я пошёл добровольно, — за неимением лейтенанта, — я командовал взводом в чине сержанта. Наряду с рукопашным боем, минированием-разминированием, радиационно- химической разведкой, гримом и костюмированием под иранцев, я кричал дурным скрипучим голосом: — «Рядовой! Смирно! Два наряда вне очереди!» (в результате этого я очень хорошо изучил пыльные труды Иммануила Канта, Николая Кузанского... и ещё что-то…) — В психушке (в Баку), куда я попал перед самой демобилизацией (за несанкционированное применение убойного приёма к одному пьяному дембелю из авиаторов: его — в госпиталь, меня — в одиночную камеру...) я внимательно переписывал тетрадь по химии знакомому главврачу — как оказалось, я помог ему защитить диссертацию в ростовском мединституте… Так вот, между тетрадью, выплёвыванием таблеток, стоянием на голове (чтобы настоящего психа не подселили в палату) и прочими упражнениями я познакомился с настоящими диссидентами — капитаном-лейтенантом Федосовым-Никоновым и заслуженным врачом Азербайджана — доктором Парижером. (В результате этого я взахлеб изучил все семь томов Клода Адриана Гельвеция…) ….Потом было много чего ещё... Потом я женился, со мной развелись. Много трудился, лишь бы не работать… До тридцати трех лет я не пил, колошматил макивару…. Я ушел чинить чайники и прочие бросовые вещи... в результате чего изучил философию киников, дочитал список кораблей до середины и прочее, прочее... ….А ещё мне Станиславский сказал, что «нужно сознательно пробуждать в себе бессознательную творческую природу для сверхсознательной деятельности»…. Потом случилась Заозерная школа — и давай случаться. По сути, Заозерная школа существовала благодаря ревнивому ростовскому СП, студенческому археологическому гарему и мне — сторожу, который это все сторожил. «Где брат твой Авель? А вот он! Разве я не сторож брату своему?» Потом был клуб Караван… Потом я устал мутить и решил исследовать влияние этилового спирта на кровососущего червя. Благо, что синдром потери цели сопутствует кризису среднего возраста. И решился я в сердце своем исследовать и испытать всё, что дадено человеку под солнцем. И попил я виноградники великие, и поел запасы хлебов тучных…. Но и это суета…. Всё суета сует и всяческая суета... Ом? Ты — юность, глупая сестра, Опора славы старика... Я триста три сточил пера, Пока меня несла река. И я прошёл через порог, И вот я стар и одинок, И не поможешь горю. Я создал сотни тысяч строк, Пока меня влачил поток. А нужен стал один лишь слог, Когда я вышел к морю. Ом?» < > < > «Геннадий Жуков умер 2 декабря 2008 года от разрыва брюшной аорты. По словам поэта Виталия Калашникова, их пригласили в большое турне по Америке. Для этого за полтора миллиона купили трехэтажный автобус – проехать по всем крупным городам. Калашников записал тогда в своем живом журнале: «Я нашёл в Москве дурку для миллионеров, где даже для нянечек кастинг проводится. В турне ехать он согласился (я год его упрашивал), но насчет дурки (за несколько часов до смерти) сказал, что подумает. Он позвонил Наташке, сказал, что пойду но-шпу найду, что-то живот болит. Но не дошёл... Эта была не обязательно мучительная смерть, он мог просто уснуть — и отлететь. Пьяный не был. В гробу выглядел, как Будда… Геннадия Жукова похоронили на кладбище в Недвиговке. Зимой 2012 года рядом с его могилой появилась ещё одна – Виталия Калашникова».