Categories:

мама

9 мая родилась моя мама… Это был её любимый праздник, где главным подарком для себя она считала День Победы. 9 мая 45-го ей исполнилось 9 лет. И с тех пор её личный праздник был вписан в историю всей страны. А ещё 9 мая родился Булат Окуджава, которого она очень любила и всегда вспоминала о нём в этот день.
9 мая мама пекла пироги и к нам приходили её немногочисленные друзья. А когда никого из её стареньких подружек не осталось, приходили мои друзья. А потом уже друзья моих детей заходили поздравить её. И она всегда пекла пироги, а мы с детьми пытались состряпать какой-нибудь торт.

Маму любили. Мама была немного «не отсюда» и ангелы хранили её. Мама была счастливым человеком, в ней была убеждённость, что наш род хранят высшие силы.
Не погибли во время революции, не расстреляли в 37-м, когда забрали моего деда, её отца, по 58-й, не забрали бабушку и никто на неё не донёс, когда она тайно ночью в «сером доме» переписала от руки «дело» деда, своего мужа. И выжили во время войны.

От бабы Зои, моей бабушки и её мамы, она унаследовала абсолютную беззлобность и умение прощать. Да и вообще, в жизни она никогда никого ни в чём не винила – она могла не принимать чьих-то поступков, не понимать их – но обид ни на кого у неё не было.
Сестра как-то напомнила мне про зелёную лампу, как мы в детстве эту лампу ненавидели. Мама приходила после работы и сидела под этой лампой, проверяла тетрадки и готовилась к завтрашним урокам. А мы ждали, когда же наконец мама её выключит и сядет с нами на диван читать нам книгу. И даже когда мы уже умели читать, у нас была одна общая книга, которую мы читали втроём. Только нужно было дождаться, когда погаснет эта «зелёная лампа», которая отнимала у нас маму.

Мама не умела врать, не умела завидовать, подхалимничать, сплетничать – и всё это как будто бы обходило её стороной – в ней этого не было, и рядом с ней этого не было тоже. Рядом был прекрасный и такой интересный мир: Пушкин, Чехов, Чайковский, Вахтангов... Вся мировая литература и весь мировой театр. Вся музыка и живопись. Это и составляло её жизнь, плюс школа с её учениками и, конечно, мы с сестрой и бабушкой. И ещё её братья и сёстры, которых она очень любила (сводные по отцу, с которыми она познакомилась уже после реабилитации деда в 1956-м). И ещё Ленинград и родные там. И ещё вся память, огромный объём памяти: до последних её дней она была нашим справочником и энциклопедией.

В маме всегда было что-то детское и беззащитное. Доверчивое и открытое. При всех её знаниях, при всём её мужестве и умении переносить болезни и разные тяготы жизни – простота, полное к тебе доверие и счастливая улыбка. Умение выслушать и понять. И никаких жалоб, ничего гнетущего. Да, не спала до утра. Да, болели суставы. Да, совсем стала плохо видеть. И, представляешь, чуть не упала сегодня! (со смехом) но спасибо коту, он приучил меня ходить с палочкой, поэтому я не упала!.. (кот Кутузов бросался на мамины ноги и, чтобы отгонять его, мама ходила по дому с палкой).

Как же радостно о тебе вспоминать, мама, хоть и так тоскливо и горько, что нет тебя уже. Ты всегда с нами, со мной, а в этот день особенно. И ты всегда верила, что всё будет хорошо, даже когда совсем всё валилось и летело непонятно, куда. Вот и я тоже верю. Вижу тебя, слышу и верю тебе.