как пересидеть большой террор
Денис Драгунский
ЛИСТКИ ИЗ ДНЕВНИКА
«У одного человека арестовали брата, дали 10 лет без права переписки, за троцкизм; он был из прокурорских. Жену брата тоже отправили в лагерь для жен врагов народа. Потом взяли тетку, тоже была какая-то подозрительная интеллигентка, то ли бывшая меньшевичка, то ли вообще эсерка. Как пишут в плохих романах, кольцо сжималось. Тяжко было жить, ожидая ночного стука в дверь. Что было делать?
Тогда он принял трудное, но верное решение. Он работал бухгалтером в небольшой строительной конторе. Однажды вечером он взял деньги из кассы и пошел в ресторан. Кутил два дня и две ночи, на третье утро пришел на службу весь пахнущий перегаром и в следах помады от ночных красавиц. Признался директору: мол, не удержался, прогулял казенные деньги. В конце дня за ним пришли.
Осудили на пять лет как растратчика. В лагере был учетчиком и считался "социально близким".
Так и пересидел большой террор.
История ужасная, но подлинная (из моего семейного архива)».
ЛИСТКИ ИЗ ДНЕВНИКА
«У одного человека арестовали брата, дали 10 лет без права переписки, за троцкизм; он был из прокурорских. Жену брата тоже отправили в лагерь для жен врагов народа. Потом взяли тетку, тоже была какая-то подозрительная интеллигентка, то ли бывшая меньшевичка, то ли вообще эсерка. Как пишут в плохих романах, кольцо сжималось. Тяжко было жить, ожидая ночного стука в дверь. Что было делать?
Тогда он принял трудное, но верное решение. Он работал бухгалтером в небольшой строительной конторе. Однажды вечером он взял деньги из кассы и пошел в ресторан. Кутил два дня и две ночи, на третье утро пришел на службу весь пахнущий перегаром и в следах помады от ночных красавиц. Признался директору: мол, не удержался, прогулял казенные деньги. В конце дня за ним пришли.
Осудили на пять лет как растратчика. В лагере был учетчиком и считался "социально близким".
Так и пересидел большой террор.
История ужасная, но подлинная (из моего семейного архива)».