5 марта
Лидия Чуковская «Записки об Анне Ахматовой»:
«И она задала мне тот вопрос, который все сейчас задают друг другу: надеялась ли я дожить до смерти Сталина?
– Нет, – ответила я. – Как-то про это не думалось. Я жила в сознании, что он придан нам навсегда. А вы? Надеялись дожить до его смерти?
Она покачала головой.
Я спросила, как она думает: предполагал ли сам он когда-нибудь умереть?
– Нет, – ответила она. – Наверное, нет. Смерть – это было только для других, и он сам ею ведал».
.....
«Ночью я несколько раз просыпалась от счастья...» – сказала Анна Андреевна...
(За это время случилось многое: 5 марта умер Сталин; 4 апреля газеты объявили об освобождении жертв последней крупной кампании – «еврейских врачей»)...»
......
«Праздновали мы (годовщину смерти Сталина) так: Анна Андреевна велела смочить полотенце холодной водой, легла и положила его себе на лоб. С этой позиции она произнесла свою историческую речь о конце сталинской эпохи:
— Того, что пережили мы, — да, да, мы все, потому что застенок грозил каждому! — не запечатлела ни одна литература. Шекспировские драмы — все эти эффектные злодейства, страсти, дуэли — мелочь, детские игры по сравнению с жизнью каждого из нас.
О том, что пережили казнённые или лагерники, я говорить не смею. Это не называемо словом. Но и каждая наша благополучная жизнь — шекспировская драма в тысячекратном размере. Немые разлуки, немые чёрные кровавые вести в каждой семье.
Невидимый траур на матерях и жёнах.
Теперь арестанты вернутся, и две России глянут друг другу в глаза: та, что сажала, и та, которую посадили.
Началась новая эпоха. Мы с вами до неё дожили».
............
/ 5 марта 1953 года умер Сталин
Спустя 13 лет, в тот же день 5 марта 1966 года умерла великая Анна Ахматова /
............
Анна Ахматова
Защитникам Сталина
Это те, что кричали: «Варраву
Отпусти нам для праздника», те,
Что велели Сократу отраву
Пить в тюремной глухой тесноте.
Им бы этот же вылить напиток
В их невинно клевещущий рот,
Этим милым любителям пыток,
Знатокам в производстве сирот.
(1962 г.)
Роберт Рождественский:
«Старенькие ходики.
Молодые ноченьки…
Полстраны — угодники.
Полстраны — доносчики.
На полях проталинки,
дышит воля вольная…
Полстраны — этапники.
Полстраны — конвойные.
Лаковые туфельки.
Бабушкины пряники…
Полстраны — преступники.
Полстраны — охранники.
Лейтенант в окно глядит.
Пьёт — не остановится…
Полстраны уже сидит.
Полстраны готовится».
(1973 г).
(Музыку к стихотворению написал Оскар Фельцман,
в 1991 году в Колонном зале Дома Союзов
песню исполнил Иосиф Кобзон)
* * *
* * *
И в этот же день, 5 марта 1953 года, в своей квартире в проезде Художественного театра скончался Сергей Сергеевич Прокофьев. Он работал у себя в кабинете, в восемь вечера почувствовал себя плохо и спустя час умер с диагнозом "кровоизлияние в мозг". Факт смерти крупнейшего композитора ХХ века не имел никакого резонанса -- от Москвы до Воркуты страна рыдала по тирану (где, кстати, в это время в лагере под Воркутой отбывала свой срок первая жена Прокофьева Лина).
Трудно было найти даже венки и цветы, а так же доставить тело к месту церемонии прощания, так как весь советский народ шёл прощаться с вождём. Скромная гражданская панихида прошла в небольшом зале дома композиторов: Дмитрий Шостакович произнес траурную речь, Самуил Фейнберг сыграл Баха, а Давид Ойстрах проводил друга в последний путь звуками его Скрипичной сонаты.
«И она задала мне тот вопрос, который все сейчас задают друг другу: надеялась ли я дожить до смерти Сталина?
– Нет, – ответила я. – Как-то про это не думалось. Я жила в сознании, что он придан нам навсегда. А вы? Надеялись дожить до его смерти?
Она покачала головой.
Я спросила, как она думает: предполагал ли сам он когда-нибудь умереть?
– Нет, – ответила она. – Наверное, нет. Смерть – это было только для других, и он сам ею ведал».
.....
«Ночью я несколько раз просыпалась от счастья...» – сказала Анна Андреевна...
(За это время случилось многое: 5 марта умер Сталин; 4 апреля газеты объявили об освобождении жертв последней крупной кампании – «еврейских врачей»)...»
......
«Праздновали мы (годовщину смерти Сталина) так: Анна Андреевна велела смочить полотенце холодной водой, легла и положила его себе на лоб. С этой позиции она произнесла свою историческую речь о конце сталинской эпохи:
— Того, что пережили мы, — да, да, мы все, потому что застенок грозил каждому! — не запечатлела ни одна литература. Шекспировские драмы — все эти эффектные злодейства, страсти, дуэли — мелочь, детские игры по сравнению с жизнью каждого из нас.
О том, что пережили казнённые или лагерники, я говорить не смею. Это не называемо словом. Но и каждая наша благополучная жизнь — шекспировская драма в тысячекратном размере. Немые разлуки, немые чёрные кровавые вести в каждой семье.
Невидимый траур на матерях и жёнах.
Теперь арестанты вернутся, и две России глянут друг другу в глаза: та, что сажала, и та, которую посадили.
Началась новая эпоха. Мы с вами до неё дожили».
............
/ 5 марта 1953 года умер Сталин
Спустя 13 лет, в тот же день 5 марта 1966 года умерла великая Анна Ахматова /
............
Анна Ахматова
Защитникам Сталина
Это те, что кричали: «Варраву
Отпусти нам для праздника», те,
Что велели Сократу отраву
Пить в тюремной глухой тесноте.
Им бы этот же вылить напиток
В их невинно клевещущий рот,
Этим милым любителям пыток,
Знатокам в производстве сирот.
(1962 г.)
Роберт Рождественский:
«Старенькие ходики.
Молодые ноченьки…
Полстраны — угодники.
Полстраны — доносчики.
На полях проталинки,
дышит воля вольная…
Полстраны — этапники.
Полстраны — конвойные.
Лаковые туфельки.
Бабушкины пряники…
Полстраны — преступники.
Полстраны — охранники.
Лейтенант в окно глядит.
Пьёт — не остановится…
Полстраны уже сидит.
Полстраны готовится».
(1973 г).
(Музыку к стихотворению написал Оскар Фельцман,
в 1991 году в Колонном зале Дома Союзов
песню исполнил Иосиф Кобзон)
* * *
* * *
И в этот же день, 5 марта 1953 года, в своей квартире в проезде Художественного театра скончался Сергей Сергеевич Прокофьев. Он работал у себя в кабинете, в восемь вечера почувствовал себя плохо и спустя час умер с диагнозом "кровоизлияние в мозг". Факт смерти крупнейшего композитора ХХ века не имел никакого резонанса -- от Москвы до Воркуты страна рыдала по тирану (где, кстати, в это время в лагере под Воркутой отбывала свой срок первая жена Прокофьева Лина).
Трудно было найти даже венки и цветы, а так же доставить тело к месту церемонии прощания, так как весь советский народ шёл прощаться с вождём. Скромная гражданская панихида прошла в небольшом зале дома композиторов: Дмитрий Шостакович произнес траурную речь, Самуил Фейнберг сыграл Баха, а Давид Ойстрах проводил друга в последний путь звуками его Скрипичной сонаты.