August 29th, 2016

тра-ля-ля

про девочку и радугу

Стою у прилавка и в глубокой задумчивости разглядываю вафельный торт за 44 р.40 коп., пытаясь представить, что же это может быть за торт за такую цену?.. В одной руке у меня пучок укропа, другой я верчу коробку, пытаясь прочитать хотя бы, кто эту радость за 40 рублей производит. Купить не хочу, а понять – пытаюсь.

Вдруг телефонный звонок.
– Есть минута? – спрашивает на том проводе мой знакомый Андрей.
– А что ты хотел? – удивляюсь я, положив коробку на полку и нюхая укроп.
– Чтобы ты послушала. – говорит он. – Я в лагере, рядом со мной дети сейчас, они читают твои стихи.

И он передаёт трубку девочке лет 8-9 и та начинает читать мне в телефон «Красного солдата». И она ТАК читала этого «солдата», что у меня, скажу честно, перехватило горло. Нет, не от того, что это мои стихи. Просто девочка читала текст так, как будто она сама его написала. Искренне, эмоционально, ярко. Как будто это она во дворе играет с мальчишками, воюет с «белыми», перевязывает раненых и знает что-то такое, чего не знает ни одна девочка на свете. Потому что она каждый день совершает подвиг. Потому что её взяли в партизанский отряд.

… – Ну как тебе? – спрашивает Андрей, а я не знаю, что сказать.
– Я плачу… – говорю я. – Какая удивительная девочка…

Я вышла из магазина, а в моей голове продолжал звучать её голос. Я почти не помню это стихотворение, но я запомнила интонации этой девочки, её эмоции. Я шла и думала о том, как же всё-таки удивительна жизнь. И только потом поняла, что пучок укропа оставила в магазине, на коробке с вафельным тортом. Я просто забыла обо всём, когда эта девочка начала читать.

А потом я увидела на небе две радуги. Я остановила пожилую пару и спросила: – Скажите, а вы тоже видите две радуги?.. Они посмотрели в небо и сказали: – Да, мы тоже их видим!.. – Это к радости… – сказала я. И они счастливо заулыбались и сказали: «Спасибо». И я шла домой и смотрела на радугу, и вспоминала голос этой девочки. И что-то важное и доброе происходило в мире. Во всяком случае, мне очень хотелось в это верить.