August 12th, 2018

снег и фонарь

как всё было-то

Или так: убираешь, моешь, трёшь; убираешь, моешь, трёшь – и умираешь в чистом доме и вовремя, и попадаешь на самое чистое облако, и смотришь с него, как в твой дом входят твои дети и внуки, и вспоминают о тебе с благодарностью, а у тебя под руками опять тряпка-щётка-порошок, и ты снова убираешь, моешь и трёшь, и наблюдаешь сверху, как твои дети перестраивают твой дом, захламляют квартиру, и как от прежнего твоего старания не остаётся и следа – до тех пор, пока не появляется кто-то, кто так же, как и ты, начинает убирать, мыть и тереть, чтобы умереть в чистом доме и попасть на чистое облако с щёткой в руке…

Или так: ты пишешь картины, лишаешь себя самого основного, тратишь деньги на краски, холсты, на всю эту дребедень, вместо того, чтобы свозить детей к морю, купить им новый айфон и ящик фруктов... Тратишь массу времени на свои каля-баля и совершенство, страдаешь, не спишь, ищешь – и в итоге попадаешь куда-то туда, где всё заляпано красками, откуда почти не видно, как твои дети убирают, чистят, моют и бережно складывают твои шедевры в этот забитый картинами чулан, так похожий на тот, в котором сейчас оказался ты…

Или так: ходишь на работу, в магазин, на родительские собрания, на тусовки, тренировки, покупаешь обновки, ничего не успеваешь, спишь на ходу, работаешь там и там, уходишь в отпуск, не отрываясь от работы, занимаешься детьми в перерыве между звонками, всё время кого-то ловишь, обеспечиваешь, контролируешь… и отправляешься Туда, не договорив, недопоняв, не догнав, недоответив, недоубрав – и плюхаешься с разбега в какую-то манную кашу, в какой-то рыбий жир, в какую-то сладкую вату, и пытаешься рассмотреть, что там внизу, успели ли попрощаться с тобой дети, нашли ли документы, телефоны, счета, справки, нужные бумаги; и у тебя так же разрывается голова, как и там, на земле – как будто ты просто вышел за дверь, на ходу бросив: «подождите, я скоро…»

......

…Это дочь меня спрашивает: ну и как всё прошло?..
А у меня в голове тут же картинка: вот встречают меня ангелы, садимся мы за круглый стол, и самый строгий из них спрашивает:
– Ну и как всё прошло?
А ты вздрагиваешь и переспрашиваешь растеряно: – Как, уже ВСЁ? Всё ПРОШЛО?..
А он отвечает: – Ну, там, откуда вы пришли, уже всё. А теперь рассказывай, как всё было-то…
пикассо

- - - - - -

Вечно со мной происходит какая-то литература.
Звонок в дверь, затем ещё настойчивей. «Кто там?» – спрашиваю я и одновременно открываю. На пороге стоит бодрая женщина, довольно крепкая, с папкой в руке.
– Здравствуйте. – говорит она.
– Здравствуйте.
– Выносите.
– Что, простите? – переспрашиваю я.
– Покойника выносите. – говорит она. – Мы за покойником.
Я невольно вздрагиваю:
– А вы точно ко мне?..
– Вот. – показывает она бумагу. – Вы вызвали труповозку. Мы за трупом.
«Что ж так скоро-то… – пронеслось у меня в голове. – Не успеешь подумать о смерти (см. предыдущий пост), как за тобой уже приехали…»
– Нет… – говорю. – У нас пока все живы…
– Но кто-то же умер? – не понимает женщина.
– Да Господь с Вами.
– Странно… – говорит женщина и смотрит то на меня, то в бумаги. – Ну ладно тогда…
Женщина разворачивается и уходит. Внизу за окном действительно стоит труповозка с открытым кузовом, и рядом водитель.
Мда…
Вскоре за мной приезжает такси, сажусь, благодарю таксиста, что так быстро нашёл мой дом – другие, обычно, путаются. Таксист весело отвечает, что у него бывали всякие случаи, когда он приезжал не по тому адресу, но не по своей вине – люди сами диктуют неверные улицы и номера домов. К слову я рассказываю о том, что сама только что стала очевидцем подобной путаницы. На что парень мне отвечает:
– А я недавно отчима схоронил. Так вот, хорошо, что со мной друг был – тоже вот так труповозка приехала, и нам пришлось отчима вдвоём закутывать в простыню и с пятого этажа в машину тащить. А мужик он здоровый был, замучились…
Нормально.
Простите за тему, но что-то мне от этой информации как-то… Это что же, действительно покойника нужно выносить САМИМ? В простыне?..