April 3rd, 2020

с флейтой

Но там нет конца и начала...

Андрей…
Однажды Володя Ланцберг позвонил мне и сказал: «Маха, бросай всё и завтра давай ко мне! Приехали мои друзья издалека, посидим, попоём. И ещё… тебя ждёт сюрприз. А какой, не скажу, приедешь – увидишь».
Они с Романной уже жили в Москве в это время. И я приехала в их небольшую квартирку, и Володя сразу указал мне на дверь кухни. А там сидел Андрей, «некто Скуратович», как он обычно представлялся – после аварии мы не виделись с ним, и тут каким-то чудесным образом он оказался не в Минске, а здесь, на кухне Берга, и всё такой же – только в инвалидном кресле. И мы проговорили чуть не до утра, и Володе было жаль, что я так и не спела его друзьям, но он был счастлив, что смог организовать нашу встречу, посчитав, что это важнее. Да, эта встреча осталось в моём сердце…

Мы познакомились на Кострах у Ланцберга, трудно даже вспомнить год, начало 90-х наверное. Ивановской группой летали к нему со своим спектаклем по моей пьесе «Последний сон Арлекина», днём мы показали спектакль, а ночью я пела где-то у костра – там-то он меня, видимо, и услышал. И через какое-то время в моей квартире в Иваново раздался звонок. Это был Андрей.
– Завтра я к тебе вылетаю. – сказал он. – Хочу тебя записать.
И он прилетел, из Минска – на одну ночь. Но самое поразительное было даже не это – он прилетел с МАГНИТОФОНОМ! С большим, катушечным магнитофоном – на одну ночь, из Минска.
Collapse )