Мария Махова (mahavam) wrote,
Мария Махова
mahavam

женихи, идите в баню - у меня диван сломался

…– А вот Вы, наверное, сидите дома, песни распеваете, в окно глядите, облака считаете…

Ну да.
Сижу тут буквой зю, и без выкройки и машинки «на глаз» испытываю своё терпение и воспитываю в себе любовь к хозяйству и быту – шью зимнее одеяло. В принципе, получается красиво, хоть шить – это вообще не моё... Помню, в школе на уроках труда мы шили ночные рубашки – моя рубашка покорила всех: в ней смело могли бы разместиться три роженицы и половина нашего класса, рукава её походили на крылья, а подол был немножко косой, но обшитый манжетами – вот так, одев её поверх формы, я появилась перед светлыми очами нашей «трудовички» - та поначалу испугалась, а затем вывела мне в журнале заслуженную тройку.
Понятно, что лучше всего на уроках труда у меня получалось мыть батареи. Труд я не любила, так как он включал в себя всё то, что мне больше всего не хотелось делать: шить фартуки и рубашки, мыть стены и батареи и стоять у ткацкого станка во время практики.

Но тут, сублимировав всю свою творческую энергию, я твёрдо решила сшить одеяло. В руках у меня была иголка, под языком валидол, в голове позитивные мысли.
«Если бы муж не ушёл от меня, то я никогда бы не узнала, что способна вручную сшить одеяло, - думала я. – Да и вообще очень много вещей не узнала бы. С мужьями расставаться весьма полезно».

В это время из комнаты выскочили дети.
- Можно нам мультики посмотреть? – закричали они наперебой.
- Включайте, - кивнула я.
Дети уселись перед телевизором, уместившись в одном кресле, и тут, как назло, начался мультфильм про козла, который ушёл куда-то за капустой и пропал, а по дому прыгают голодные козлята, и коза, вздыхая, жалобно поёт:
«Ах, козёл ты наш, козёооол, ты куда от нас ушёоол?..»

- Надо козлу позвонить. – вынесла свой вердикт сообразительная Аля.
- Надо козе рукоделием заняться. – сказала хозяйственная я,но мысль «позвонить» мне понравилась. Я тут же вспомнила, что довольно давно не звонила своей старинной подружке художнице Галке, а ведь мне было что ей рассказать - ну даже хоть и пожаловаться на жизнь, а заодно и похвалиться своими успехами. Отложив шитьё, я ушла с телефоном в туалет и набрала её номер.

- Галк, представляешь, от меня муж ушёл. – сразу после приветствия сообщила ей я голосом дрогнувшим, но бодрым.
- Как ушёл?.. Когда?.. – не поняла Галка.
- Ну как ушёл – ногами… Навсегда…
- Вот козёл! – не удержалась Галка и тут же сообщила эту новость сидящей рядом матери.
- Да ты что?.. – возмущённо произнесла Галкина мама, - Вот негодяй!.. Да там же дети!..
- Ну что мужикам дети… - протянула Галка

В это время из магазина пришёл Галкин отец и начал топтаться в прихожей.
- Ну куда ты в грязных ботинках?! – вдруг заорали на отца Галка и её мать. – Ну вот всё равно вам, мужикам, что мы тут полы моем и убираемся!!

- Ну ты слышала, ну ты слышала?.. – спросила она меня в телефон. – А он ещё удивляется, «Вы чего? Вы чего??» - говорит… Да ничего! – крикнула она отцу в прихожую. - Да от Машки там муж ушёл, а ты тут… в ботинках!.. Эх!.. (дальше она снова прижала трубку к уху и обратилась ко мне):
- Ну и как ты теперь? Что делаешь?..
- Да вот, валидол шью, одеяло жую… - рассеянно ответила я, понимая, что сказать-то мне, по большому счету, и нечего: ну как я, ну никак скорее всего, и в голове ничего не укладывается, и вообще в ней какая-то манная каша, а горло как будто кто-то всё время сжимает двумя руками – вот висит на тебе и сжимает, и не отпускает, зараза…

- Я к тебе зайду – пообещала Галка. – Ты уж держись там. А то хочешь, сама ко мне приходи с девчонками.
- Ага, - ответила я. – Приду. Не сегодня только… Вот дошью одеяло, и приду…

Я положила трубку и вернулась в комнату – мультик закончился, и дети радостно прыгали на моём старом диване, подбрасывая вверх подушки.
- Дети!.. – взвыла я, - Диван же на ладан дышит, вы же его доломаете!..
- Нееет!! – дружно заорали дети, - Смотри, как мы умеем!!!

В этот самый момент две передние ножки у дивана пошатнулись, раздался слабый хруст и часть дивана рухнула на пол.
- Урааа!! – зарадовались мои обезьяны, - Горка!! У нас получилась горка!!

- Уйдите с дивана немедленно! – скомандовала я, еле сдерживая желание взвыть. – Горка у них! А спать я теперь на полу буду?.. Ну вот как теперь…

Неожиданно зазвонил телефон – я ещё подумала, что это снова Галка, но в трубке зажурчал вкрадчивый голос моего недавнего знакомого Николая Петровича.

- Здравствуйте, Мария… - начал он. – В прошлый раз мы так быстро расстались, что не успели ни о чём договориться… Я бы хотел пригласить вас на рандеву.
- На что, извините? – рассеянно переспросила я, наблюдая, как дети пытаются подсунуть под диван кубики, чтобы вернуть его в первоначальное положение.
- Оставьте диван в покое! – прошипела я детям. – Вы что, не видите, что мне звонят?..
- Что, простите?.. – переспросил вежливый Николай Петрович.
- Да это я… так, это я не Вам. – ответила я, вообще не понимая, чего он от меня хочет.
- Так вот, как Вы смотрите на моё предложение? – спросил Николай Петрович.

- А что вы имеете ввиду? – переспросила я, чувствуя себя идиотом.
- Я по поводу свидания. Я бы хотел пригласить Вас в гости. – повторил Николай Петрович.
- А, свидания… - дошло наконец-то до меня. – Николай Петрович, а Вы мебель чинить умеете?..
- Что-что?.. – не понял Николай Петрович.
- Ну, понимаете, у меня тут диван сломался, ножки, обе сразу – бац, и всё. И я вот теперь думаю, что мне с этим всем делать. Хотите – совместим приятное с полезным – я вам и молоток дам.

В трубке зависла тяжёлая пауза – Николай Петрович, по всей видимости, пытался представить себя с молотком под диваном.
- Вы знаете, нет… - мягко произнёс он. – Но вот если Вы сами ко мне придёте, я буду только рад.
- Да я могу! – весело согласилась я. – Только нюанс такой – я приду не одна. У меня двое детей, две маленькие, но очень активные девочки – мы можем придти втроём!..
Николай Петрович снова замолчал, а потом, покашляв, начал прощаться.
- В другой раз, - сказал он, - непременно в другой раз. Мы с Вами созвонимся, очень приятно было…

Я бросила трубку на телефон и захохотала.
- Дети, ёлки, ну вы же распугаете мне всех женихов!.. – воскликнула я и подошла к дивану. - А чинить мы его будем так… Аля, неси молоток – будем ломать две оставшиеся ноги!..
- Ура, ломать!! – заорали дети и понеслись к ящику с инструментами.
- Эх, Николай Петрович, Николай Петрович… - произнесла я тихо. – Лётчик дальнего следования…

… Николай Петрович в моей жизни образовался буквально на днях как результат исчезновения из моей жизни моего дорогого и незабвенного супруга – некоторые мои друзья именно так отреагировали на эту новость, считая, что в этом случае поможет только «клином клин», и мне непременно нужно найти жениха, а лучше с квартирой, и хорошо бы не нищего, и лучше бы бездетного – а в том, что я ему, жениху этому, понравлюсь, сомнений у них не было.
И вот так, однажды, после выступления в художественном музее (где я пела песни по чьему-то приглашению), двое моих друзей, муж и жена, начали звать меня в гости к одному очень хорошему человеку, буквально зайти попить чайку и спеть пару песенок, тем более он просто мечтает со мной познакомиться, а он лётчик такой весь лётчик и интересный-преинтересный…
Ухватив своего дружка-поэта Игорёшу за локоть, я согласилась изменить маршрут и пойти не сразу домой (с детьми в это время была мама), а сначала зайти «на чай» к «лётчику», тем более, к лётчикам я с детства питала слабость.

Квартира таинственного лётчика располагалась в большом, старом и крепком доме, с высокими потолками и кирпичными стенами – примерно в такой же когда-то в детстве жила и я, только с кучей соседей и одной кухней на всех.
На пороге нас встретил невысокий круглолицый человек, ну никак, по моим представлениям, на лётчика не походивший. Внешне он скорее был похож на какого-то бухгалтера, или клубного баяниста, но не на человека, который прыгал с парашютом и руководил железными птицами в небе.
Лётчики уходят на пенсию рано, поэтому Николай Петрович был молодой пенсионер. В квартире его кругом стояла старинная, оставшаяся от родителей мебель, на рояле отсвечивал канделябр, а дубовый, круглый стол занимал четверть комнаты.
Николай Петрович пригласил нас сесть на диван и в кресла, после чего я ощутила себя немножко в музее – всё было устоявшимся, но каким-то не очень обжитым, как будто здесь жил не лётчик-пенсионер, а духи его многочисленных предков.

Я начала вглядываться в обои – что-то меня в них явно смущало, но вскоре я разглядела, что обои были не приклеены, а приколоты иголками поверх прежних, что меня страшно развеселило: такое я видела в жизни в первый (и, надо сказать, в последний) раз.

- Николай Петрович, а что это у Вас тут за декорация такая на стенах? – поинтересовалась я.
- А это я так обои поменял. – невозмутимо ответил Николай Петрович, причём на полном серьёзе. – Зачем, думаю, клеить, если когда-нибудь опять менять придётся?.. А тут очень удобно – снял с иголочек, и новые повесил.
- Логика есть, - согласилась я. – Хоть и довольно индивидуальная…
Николай Петрович кивнул в подтверждении своей индивидуальности и безупречного вкуса и выставил на стол бутылку водки, шпроты, хлеб и кабачковую икру.
- Да мы с собой тоже принесли, - засуетились мои сватья и выложили какую-то нарезку, селёдку, что-то ещё и, опять же, бутылку водки.
- Э-э… - протянула я. – Эвон как мы «на чай» - то зашли…

Николай Петрович достал из шкафа старинные тяжёлые рюмки и разлил вино всем, кроме себя.
- Эээ?.. – попыталась спросить я, но меня опередили:
- Николай Петрович не пьёт. И не курит. Но он очень любит гостей, особенно творческих. Он просто обожает слушать песни под гитару!..
- Да? – удивилась я и вопросительно посмотрела на хозяина квартиры.
Николай Петрович широко улыбнулся и торжественно произнёс:
- Мария, я очень рад, что вы посетили мою холостяцкую обитель! Первый тост я предлагаю выпить за Вас и за Ваш талант!..

После первой рюмки была вторая, затем третья, Николай Петрович всячески угождал и некоторое моё напряжение как-то само собой спало – ну, такой вот он странный человек, ну ничего страшного, нам и так хорошо – мы говорили о литературе, Игорёша кого-то критиковал, кого-то цитировал, мы хохотали, выпивали и закусывали, Николай Петрович же находился немножко не в теме, но всё равно пытался поддерживать общее настроение.
- Маша, - спой! – попросили меня мои порозовевшие друзья. – Только пой погромче, а то Николай Петрович плохо слышит!
Я выразительно посмотрела в их сторону, на что они начали мне рассказывать какую-то профессиональную историю про работу с моторами и сто двадцать пятым прыжком Николая Петровича с парашютом.
- Да и ладно, - согласилась я начала петь.

Затем Николай Петрович плавным жестом поднял крышку рояля и сыграл какой-то вальс. Впрочем, мы уже были в таком благодушном состоянии, что если бы даже это был собачий вальс, мы рукоплескали бы всё равно, как в кремлёвском дворце съездов.

- Мария, можно Вас на минутку? – полушёпотом спросил Николай Петрович, осторожно беря меня за локоть.
- А что случилось? – встрепенулась я, уже следуя туда, куда вёл меня юный пенсионер.
- Я бы хотел показать Вам кое-что, - таинственно произнёс он и завёл меня в небольшую комнату, которая явно была его спальней.

Я хоть и приняла «на грудь», но не на столько, чтобы уж совсем ничего не соображать. Даже наоборот – голова у меня работала просто отлично, поэтому я быстро оценила обстановку и думала, как теперь выкрутиться из этой неловкой ситуации так, чтобы никто не ушёл обиженным.
- Что, альбомы будем смотреть? – весело спросила я, увидев фотографию маленького пухлого мальчика на коленях у большой толстой тёти. – Это, как я понимаю, Вы?.. Ну, Вы совсем не изменились!
- Да-да, можем посмотреть фотографии! – подхватил Николай Петрович и вдруг, резко схватив меня за плечи и прижав к себе, впился губами мне в ухо, страшно меня этим развеселив.
- Николай Петрович, если Вы мне откусите ухо, то его уже нельзя будет приделать назад иголочками, - еле сдерживая смех, произнесла я, пытаясь отстраниться.
- Чтоо? – страстно прошипел мне в ухо Николай Петрович, - Вы что-то мне сказали,
М-маррия??..
- Николай Петрович, нас там люди ждут. – отрезвила его я. – Ну неловко как-то…

Мы вернулись в комнату, мои друзья пели что-то хором и нашего отсутствия вроде бы даже и не заметили. Я довольно быстро попрощалась и уехала домой на такси, следом за мной разъехались и все остальные…

…Две оставшиеся ножки дивана оказались довольно крепкими и просто так сбить их молотком никак не удавалось. Пришлось развалить диван окончательно, перевернуть его вверх пузом и уже общими усилиями отодрать ему ноги – девчонки пыхтели и помогали, как могли. Затем мы перевернули безногий диван обратно и накрыли его пледом.
- Ну вот, - сказала я удовлетворённо, - теперь можете прыгать по нему, сколько влезет – ему уже ничего не грозит…

Но мои спортсменки тут же потеряли к этой «не горке не дивану» всякий интерес и затеяли рисовать жирафа длинною в три ватмана – понятно, что почти два из них занимала шея. А я вернулась к своему одеялу, которое шила, наверное, неделю, и которое прослужило нам впоследствии почти десять лет…



Tags: жизнь, проза, рассказ
Subscribe

  • она и он

    Она поправляет шляпку: – Ау, не пойму, где ты, молодость?.. Смеётся: – Вот мы какие – два старых седых муравья!.. Похорони меня в ярком! О кей? – Не…

  • по городам ходил

    По городам ходил, разглядывал лица. По облакам ходил, разглядывал звёзды. Вслед за дождями шёл по кленовым листьям, понял, что осень. Где-то в…

  • мама летит на ракете

    Дворники листья сметают и прячут в мешок – вот, снова осень – сентябрь то смеётся, то плачет. Мама, скажи, всё теперь у тебя хорошо? Ты улыбаешься,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 33 comments

  • она и он

    Она поправляет шляпку: – Ау, не пойму, где ты, молодость?.. Смеётся: – Вот мы какие – два старых седых муравья!.. Похорони меня в ярком! О кей? – Не…

  • по городам ходил

    По городам ходил, разглядывал лица. По облакам ходил, разглядывал звёзды. Вслед за дождями шёл по кленовым листьям, понял, что осень. Где-то в…

  • мама летит на ракете

    Дворники листья сметают и прячут в мешок – вот, снова осень – сентябрь то смеётся, то плачет. Мама, скажи, всё теперь у тебя хорошо? Ты улыбаешься,…