Мария Махова (mahavam) wrote,
Мария Махова
mahavam

Поэтический фестиваль в Выборге (чисто субьективные заметки)

V_storonu_W.thumbnail


Поезд

В купе кроме меня ехала молодая женщина с маленьким сыном и девушка, сестра этой женщины. Дитя за полтора дня пути (поезд Уфа – Питер) так извелось, что всё ему уже было не мило. «Хотю пюле!» - требовал ребёнок, и ему тут же разводили сухое пюре. «Не хотю пюле!» - кричало дитя, состроив недовольную гримасу, и пюре убирали.
- Хотю писить! – и ему доставали горшок.
- Не хотю писить! – и горшок прятали под стол.
- Хотю пить! Не хотю пить! Хотю вон туда! Нет мозно! Нет хотююю!!

Дитя походило по головам нянек, попрыгало по полкам, покаталось на ручке двери купе и уже так извело девушек, что смотреть на них было больно.
- А как зовут тебя, о маленький сатрап?.. – спросила мальчика добрая тётя, то есть я.

Молодой человек немедленно запрыгнул на полку в угол, спрятался за подушку и затих. Кажется, он меня заметил.
- Он у нас очень скромный, - ответила за него молодая мамаша.
- Это очень хорошая черта. - сказала я.

Дверь в купе из-за духоты была открыта. По узкому коридору через вагон пролетела наша проводница. Через короткое время с озабоченным лицом она промчалась обратно и буквально через минуту выросла в дверях нашего купе.
- Скажите, - обратилась она к нам, - а нет ли у вас чего-нибудь болеутоляющего?..
- А что вам нужно утолить? – поинтересовалась я.
- Всё дело в том, - быстро начала объяснять проводница, - что у проводницы Нади из 7-ого - температура, а у Светы из 9-ого – болит зуб (мы ехали в 8-ом). А таблеток никаких нет у нас.
Я вынула из косметички полпачки аскофена (я всегда имею при себе аскофен от головной боли) и протянула её проводнице.

- Давайте так, - сказала я ей, - дайте каждой по таблетке: Наде вы скажете, что это от температуры, а Свете – что от зуба. Уверена, что поможет обеим.
- Ага, - сосредоточено ответила проводница и кивнула своей белой крашенной головой. – Скажу им, что в вагоне был доктор.
- Обращайтесь, - согласилась я. – У меня ещё и лейкопластырь есть.
Я вынула лейкопластырь и добавила, обращаясь в сторону маленького партизана:
- Им очень хорошо рты заклеивать.

Проводница немедленно унеслась разносить таблетки, а я забралась на свою вторую полку и уткнулась в электронную книгу, и последующая жизнь на земле и подо мной меня уже мало интересовала.

Сказать честно, мальчик меня совершенно не раздражал, тем более я только недавно прочитала о том, каким невыносимым ребёнком был Илья Эренбург, как мучились с ним в детстве, как скверно он учился и даже не закончил гимназии, что не помешало ему стать хорошим человеком и интересным писателем. Просто мне искренне было жаль маму и тётю маленького пассажира, но они в конце концов как-то уговорили его лечь спать.
Утомило меня совершенно другое - это температурный режим ночью. При включении кондиционера становилось очень холодно, а при его выключении - душно и жарко. И так всю ночь: 20 минут Арктики, 20 минут Африки (включался и выключался он, видимо, автоматически).  И привыкнуть к этому организм так и не смог.

…- Ну как, утолили?.. – спросила я проводницу, когда мы подъехали к конечной станции.
- Что?? – недоуменно вскинулась она.
- Ну, печали Светы и Нади утолили?.. – переспросила я. – Таблетки помогли?
- А, - радостно отозвалась проводница, - Да, да! У них всё прошло!..
- Ну и хорошо, - сказала я и с лёгким сердцем покинула вагон.

В Питере меня встретил Дима Коломенский (по своей бестолковости я ему так написала день своего приезда, что он вынужден был приехать встречать меня второй раз, т.к. уже встречал накануне) и отвёз на ночлег к Серёже Суворову и его жене Тане.
(А вечером с Серёжей мы съездили к Коломенскому в клуб «Четверг», пили чай и пели по кругу, и там была очень тёплая обстановка, - спасибо, Дима!..)

А утром меня увезли в Выборг.

Выборг

Поэтический фестиваль в Выборге проходил уже в 3-ий раз. Проходил он вот в этом замке

DSC03097
в конференц-зале.

В зале стоял чёрный кудрявый пухлый мальчик, похожий на маленького Ленина и Пушкина одновременно, но он у меня плохо получился

DSC03049

- Если это Пушкин, то почему толстый? А если это Ленин, то почему чёрный? – спросила я у местных, но они не знали, что мне ответить. Хотя для меня лично и так всё понятно: Ленин в детстве был мавром, но после того, как превратился в гриб, побелел и учинил революцию.

А ещё внутри зала меня впечатлила вот такая скульптура

DSC03037

Понятно, что речь здесь идёт об общеизвестном мифе, но мне хотелось назвать эту композицию «Поэт и Муза».

Что касается самого мероприятия, то есть фестиваля, то проходило оно в форме большого концерта для местных жителей и нескольких вдохновенных зрителей, приехавших на электричке из Питера.

Вообще никого не хочу критиковать и обижать, я знаю, что мой журнал читают очень многие, и поэтому давайте я скажу так: все выступающие поэты были прекрасны (а их было ровно миллион двести сорок тысяч) и восемьдесят пять часов четыре с половиной часа стихофф и бардофф пролетели как мгновение, просто мухой!... Не мукой, нет!.. Да и вообще это щастье, что наш народ пишет и поёт, а кто не пишет и не поёт, тот водку пьёт да и пусть себе пишут, да и пусть себе.

это зрители местные жители

DSC03041

В первом отделении выступал бард Сергей Светлов, руководитель одного из КСП Москвы (если я ничего не путаю)
Он вышел и сказал:

- Своего я пожалуй петь не буду, я попурри на стихи Фета вам спою.

- Ларис, а слабо тебе выйти и сказать: «Своё я пожалуй читать не буду, я вам сейчас Ахматову почитаю»? – прошептала я своей знакомой, которая так же, как и я, приехала сюда почитать и послушать.
- Не помню наизусть, - прошептала мне в ответ Лариса, показав листочки со своими текстами, как бы говоря «Я и своих-то не помню, а ты мне про Ахматову!»

Светлов пел красиво, народ прямо заслушался. А в заключении он сказал:
- А сейчас я спою песню на стихи нашего русского поэта Эдуарда Асадова. А вы мне подпевайте!..

И он, как настоящий, умудрённый походами и песнями у костра турист и бард, кивая залу и подмигивая, весело запел:

От Арктики до Антарктики
Люди весь мир прошли!
И только остров Романтики
На карты не нанесли!


Зал проснулся, поднял головы, застучал в ладоши и начал бодро подпевать…

Условия тех, кто предоставлял зал, бесплатные бутерброды и чай, были суровы: «Фестиваль состоится, если вы вставите в программу наших выборгских поэтов и бардов»… Ну и теперь представьте, насколько распухла программа выступлений, если уже 200 20-ть поэтов приехало?..

В перерыве ко мне подошли четыре пожилые дамы и грустно сказали:
- Мы очень хотели Вас послушать, видели на афише Ваше имя, но у нас электричка в Питер и нам пора уезжать. А Вы так и не выступили.
- Но я открываю 2-ое отделение, - сказала я.
- Но у нас электричка, - ответили они.
- А сколько у вас есть времени? – спросила я.
- Семь минут.

Я схватила гитару, помчалась на сцену – и тут же начала петь. В проёме дверей дамы счастливо мне улыбались, и я тоже улыбалась им, и мне было радостно. А потом они замахали мне, что уезжают, и я тоже махнула им рукой и кивнула – и вот тёплые и счастливые улыбки этих немолодых женщин, приехавших на поэтический фестиваль из Санкт-Петербурга согревали меня ещё не один день.

Когда закончилось это поэтическое безумие мероприятие подошло к концу, ведущая Юля сказала:
- Даже и не знаю, чем завершить наш фестиваль…

- Я знаю! – вырвалось у меня на радостях. – Его нужно закончить песней на стихи нашего великого русского поэта Эдуарда Асадова, это будет очень логично! Где он, этот замечательный человек, поющий про романтику?..

Зал зааплодировал и я увидела, как поэт Спарбер едва не свалился под стул.
На сцену выскочил Сергей Светлов.

- Вы подпоёте? – спросил он меня.
- Я подтанцую! – уверила его я.
И он начал петь, зал дружно подпевать, а я танцевать. Потом я схватила Светлова за руку и мы раскланялись три раза. У ведущей концерт Юли от смеха текли слёзы.
- Уберите со сцены эту хулиганку, - прохрипела она, - иначе я уже не знаю…

это после концерта я между поэтом Сашей Спарбером и весёлым хорошим бардом Димой Куриловым
DSC03052

Выпить и закусить

…На город опустилась тёмная ночь.
Угадайте, чего хотят поэты после нескольких часов слушания друг друга?... – правильно, нажраться продолжить говорить о высоком. И вот 15-ть человек самых стойких отправились на поиски злачного места, где бы можно было посидеть, поесть, выпить и потрындеть…

Ходили мы по городу в поисках этого места часа полтора, от ресторана до кафе по каменным и извилистым улочкам ночного Выборга но, как назло, нигде нам не везло: или в ресторане было очень шумно и нам туда не хотелось, или для кафе нас было слишком много и нас туда не хотели, или злачное место работало до 12-ти и нас туда не пускали.

Мне-то это прогулка как раз была по душе – бродить по незнакомому ночному городу в компании хороших весёлых людей – это напомнило мне счастливые студенческие годы, беззаботные и полные романтизма.

- Это была предпоследняя наша надежда на ужин! – бодро заявил организатор этого фестиваля Саша Разгадаев около очередного кафе, которое закрылось прямо перед нашим носом.

Невдалеке на одной из дверей висел красный крест, обозначающий аптеку.

- Я предлагаю купить в аптеке боярышника и гематогена на закуску, - предложила я. – И сесть вокруг вон той клумбы.

- Нет, - отверг моё предложение главный организатор этого мероприятия Саша Разгадаев и, как истинный пионерский вожатый всего этого полупенсионерского отряда помчался вперёд. Надо сказать, что пить-то мне не хотелось, а вот чувство голода как-то вдруг неожиданно начало заявлять о себе…

И – о чудо!.. – надежды на последнее место оправдались!.. – в первом часу ночи мы вошли в ресторан, который работал до часу!..
Две удивлённые шумной компанией девушки накидали нам холодных закусок, каких-то салатов, принесли пива и вскоре мы стали вполне себе удовлетворены.

На дно

После закрытия ресторана все расползлись по своим гостиницам, ну а я пошла туда… на дно…

Ночевала я в самой дешёвой и самой экзотичной гостинице города на теплоходе «Короленко». На моём заведении было написано «ООО ТИТАНИК. Адрес: Салака, т/х Короленко.»

Прочитав вывеску, я осторожно спросила у работников:
- А что это у вас какое название у ООО тревожное?..
- Это почему это? – недоумённо переспросили меня сторож и консьержка Аня.
- Да навевает… - неопределённо ответила я, но они меня не поняли.

вот он, мой Титаник

70108.hd

Каюта моя два на два вмещала только кровать с железной сеткой до пола и небольшой стол. И даже стул туда войти уже не мог. Гальюн, понятное дело, один на этаж, был в конце коридора. В каюте было холодно, а под потолком кружилось и пищало.

- Здесь холодно, - сказала я консьержке Анне, загадочной женщине с хрипловатым голосом и мутным взглядом. – Мне бы окно закрыть.

- А шум волны?.. – непонимающе спросила она. – Всё для вас – и воздух, и шум волны.

- Мне не нужно шума волны, мне нужно тепло тепла, - ответила я.

- Ну как хотите. – обиделась Анна. – Тогда я могу вас задраить.

- Что вы можете?.. – спросила я осторожно.

- Задраить ваш люк. – твёрдо ответила невозмутимая Анна. – Но в этом случае вы умрёте от духоты.

- Ну да, ну да, - кивнула я. – Титаник как он есть.


в самом конце коридора слева будет моя каюта

large

…Когда после закрытия ресторана во втором часу ночи я всё-таки попала на свой титаник, то выяснилось, что на всём корабле покоя хочу только я, - остальные гудели. Остальные – это финны и комары.
Комаров я кое-как пересчелкала, с финнами было сложнее: до трёх ночи они слонялись по коридору, шумно беседовали, заплетались ногами, падали на двери, громко смеялись и чем-то чокались – Антарктика-романтика одним словом. Оказалось, что финны любят именно такую сермягу – чтобы койки с железной сеткой, очередь в толчок, верблюжье одеяло без пододеяльника, тусклая лампа и рой комаров под потолком. Экзотика, чё.

А рано утром измученная консьержка Анна пришла их будить стуком ключа в дверь – ходила и выстукивала им морзянку по всем каютам, покуда они не встали – им пора было уезжать. Я посмотрела на часы – было шесть.

Утром этого дня у нас намечалась экскурсия, которую пропустить мне не хотелось, потому как Выборг – город удивительный, с огромной историей и интересной архитектурой.
Некоторые уголки и улицы я вам сейчас покажу.

Город, заложенный в 1293 году, имеющий огромную историю.
Тут и от шведов, и от финнов, и от старой Руси, и от современной - всё есть.

вот такие там улицы - чистые, зелёные

DSC03102

а это дорога на мой Титаник

DSC03106

старая крепость

DSC03085

часовая башня

DSC03083

много изображений ворон, как нам обьяснили, вороны - это символ греха, мудрости и долголетия, во как

DSC03058

домик

DSC03105

улица

DSC03081

площадь

DSC03103

ещё площадь

DSC03094

здесь даже коты - поэты.
тянутся к солнцу

DSC03074

очень чистый и не загруженный транспортом город

DSC03062

а детям-то здесь расти какое раздолье - столько таинственных мест

DSC03088

DSC03075DSC03068

меня прямо тянуло ко всяким развалинам

DSC03089


бывший городской музей

DSC03093

ну мы тут бросались всё подряд фотографировать

DSC03098

иду-иду и встречаю надпись на какой-то старой стене

DSC03073

а на другой вот это -

DSC03077
стена плача с подписью Дима Миша
я так думаю, что плач у них по поводу Машеньки, которую ждут ))











Tags: друзья, концерт, поездка, рассказ, фестиваль
Subscribe

  • она и он

    Она поправляет шляпку: – Ау, не пойму, где ты, молодость?.. Смеётся: – Вот мы какие – два старых седых муравья!.. Похорони меня в ярком! О кей? – Не…

  • по городам ходил

    По городам ходил, разглядывал лица. По облакам ходил, разглядывал звёзды. Вслед за дождями шёл по кленовым листьям, понял, что осень. Где-то в…

  • мама летит на ракете

    Дворники листья сметают и прячут в мешок – вот, снова осень – сентябрь то смеётся, то плачет. Мама, скажи, всё теперь у тебя хорошо? Ты улыбаешься,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments

  • она и он

    Она поправляет шляпку: – Ау, не пойму, где ты, молодость?.. Смеётся: – Вот мы какие – два старых седых муравья!.. Похорони меня в ярком! О кей? – Не…

  • по городам ходил

    По городам ходил, разглядывал лица. По облакам ходил, разглядывал звёзды. Вслед за дождями шёл по кленовым листьям, понял, что осень. Где-то в…

  • мама летит на ракете

    Дворники листья сметают и прячут в мешок – вот, снова осень – сентябрь то смеётся, то плачет. Мама, скажи, всё теперь у тебя хорошо? Ты улыбаешься,…