про Люську и больницу
У Люськи в детстве было какое-то редкое заболевание, с таким заболеванием насчитывалось всего девять человек на всю область. Врачи говорили, что с этой болезнью живут не дольше, чем до 30 лет. Каждое лето Люську укладывали в больницу, а затем отвозили к родным под Рязань. Из больницы её забирали худую, а от родственников привозили немножко круглую. Люська не любила ни больницы, ни поездки «на откорм». И я, понятно, тоже.
Я приходила к ней в часы приёма хоронить таблетки. Она доставала их из кармана, и мы тайком закапывали их под куст в больничном дворе. Я никогда не лежала в больнице и никогда не видела столько таблеток в одном кармане, и у меня были сомнения, правильно ли мы поступаем. Но Люська утверждала, что ей дают таблеток столько, что если она их все будет принимать, то под кустом в конце концов закопают её. У Люськи были тонкие белые руки и глаза, как у Мальвины. И мне очень не хотелось, чтобы её закопали под больничным кустом.
Я приходила навещать Люську с пустыми руками, хотя моя бабушка всегда наливала для неё в баночку суп и в придачу давала две конфеты «Школьная». Суп я аккуратно выливала назад в кастрюлю, баночку споласкивала и ставила на место. Я доносила до Люськи только конфеты. А Люська умоляла меня ничего ей не носить, а уж тем более суп.
Когда я вызывала Люську в приёмной, к ней в палату шла мед.сестра и говорила:
- Иди, там к тебе твой молодой человек пришёл.
- Это не молодой человек, это Маааша!.. – обижалась Люська.
- Ничего себе Мааша… - удивлялась мед.сестра.
У меня была короткая стрижка, из одежды футболка и шорты. Полдня я гоняла на велосипеде, а вечером шла в больницу хоронить таблетки и гулять с Люськой по больничной территории. Я обещала ей, что когда-нибудь куплю ей велосипед. И ещё обещала, что мы полетим в космос. И ещё, что она не умрёт. Что пока я рядом, она не умрёт. И это действительно сбылось.
Я приходила к ней в часы приёма хоронить таблетки. Она доставала их из кармана, и мы тайком закапывали их под куст в больничном дворе. Я никогда не лежала в больнице и никогда не видела столько таблеток в одном кармане, и у меня были сомнения, правильно ли мы поступаем. Но Люська утверждала, что ей дают таблеток столько, что если она их все будет принимать, то под кустом в конце концов закопают её. У Люськи были тонкие белые руки и глаза, как у Мальвины. И мне очень не хотелось, чтобы её закопали под больничным кустом.
Я приходила навещать Люську с пустыми руками, хотя моя бабушка всегда наливала для неё в баночку суп и в придачу давала две конфеты «Школьная». Суп я аккуратно выливала назад в кастрюлю, баночку споласкивала и ставила на место. Я доносила до Люськи только конфеты. А Люська умоляла меня ничего ей не носить, а уж тем более суп.
Когда я вызывала Люську в приёмной, к ней в палату шла мед.сестра и говорила:
- Иди, там к тебе твой молодой человек пришёл.
- Это не молодой человек, это Маааша!.. – обижалась Люська.
- Ничего себе Мааша… - удивлялась мед.сестра.
У меня была короткая стрижка, из одежды футболка и шорты. Полдня я гоняла на велосипеде, а вечером шла в больницу хоронить таблетки и гулять с Люськой по больничной территории. Я обещала ей, что когда-нибудь куплю ей велосипед. И ещё обещала, что мы полетим в космос. И ещё, что она не умрёт. Что пока я рядом, она не умрёт. И это действительно сбылось.