Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

с флейтой

книги, диски

Друзья, вот такое всё прекрасное пока ещё есть в наличии в не очень большом количестве,
но можно успеть приобрести:


"Немного музыки и снега" (стихи, художник Галина Ким)



"Там, на острове"
(книга для любого возраста о детях, смыслах, небе и рыбе --
сказки, рассказы, стихи, упражнения)

(полноцвет, худ. Ксения Новикова)



Ольга Чикина "Прочие штуки"
(стихи и песни с аккордами, оформлено автором)




Елена Фролова, Мария Махова "Колыбельная для рыб"
(диск с книжкой внутри, песни Лены Фроловой на мои стихи)




"Вне времён" (двойной альбом с книжкой внутри,
Гран-при международного фестиваля "ПетАккорд",
гитара, скрипка, контрабас)




Если кому-то интересно, напишите мне
мать с флажком

* * *

Какая-то странная история в этом году в вотцапе -- присылают букеты и поздравления с 23 февраля
И приписка такая, что женщины тоже защитники отечества и тоже сражались на войне.
Поздравление пришло от женщины, понятно.
На вопрос: "а вы ничего не перепутали, ведь сегодня день защитников отечества, а не 9 мая, и на войне я не была", последовал ответ, что наши женщины -- тоже защитники.

Нуу, если об этом, что женщины -- защитники своих очагов и мужчин, то наших женщин можно круглый год поздравлять...

А через некоторое время бац!.. и ещё один букет. "Поздравление всем женщинам, родившим сыновей!"
Ну, значит, если у тебя дочки, то передай букет другому, я так полагаю.
Интересно, а тем мужчинам, у которых дочки, а не сыночки -- тоже будут букеты на 8 марта присылать?

слоники

Сын командарма

какая трагичная история и переплетение судеб...

автор: Victor Levenstein

О Петре Якире писалось много. Судьба его трагична. Он, как и я, потомственный зэк, я его не сужу, и в моём повествовании он сам рассказывает о начале своей жизни. Но вот перед соблазном внести лишний штрих в портрет сталинского любимца Льва Захаровича Мехлиса я не устоял.

Дело было Краснопресненской пересылке. Меня перевели в новую камеру, и в первый же день из воровского «кутка» на верхних нарах слез вниз и подсел ко мне, на корточках, как полагается вору, невысокий молодой парень с наколками на теле и всеми повадками блатного. Узнав, кто я, он обрадовался:
- Я с твоими подельничками в бутырской церкви чалился. С Шуриком Гуревичем и Юликом Дунским набздюм хавал (то есть – вместе кушал, дружил). Меня зовут Петька Якир.
- Якир? Якир был командующим Украинским военным округом. Расстрелян вместе с Тухачевским в 37-м году.
- Мой батя.

Петя рассказал свою историю. Рассказчиком он был неутомимым и вдохновенным.... Он рассказывал о жизни в особняке командующего в Харькове, а потом - в Киеве, о героических подвигах отца в Гражданскую войну, о том, что отец его был цыган, а мать - итальянка.
Он рассказывал о том, как мать испекла отцу перед его расстрелом любимый его пирог с вишнями, и ей разрешили передать пирог мужу, о том, как он, Петя, с детства, слушая рассказы отца, мечтал о подвигах, о том, чтобы стать героем.

В 37-м году, после ареста его отца и матери, Петя попал в детдом для детей врагов народа. Там его вскоре арестовали, по его словам, «за организацию контрреволюционной конной банды» (он сказал приятелям, что мечтает быть героем-конником, как отец).
Было ему тогда 14 лет.
Героями в лагере были блатные, воры-законники. Темпераментному мальчишке, воспитанному в духе беззаветного героизма, прямая дорога вела к малолеткам - воришкам, блатным мальчишкам - малолетним преступникам. Петя стал одним из них, прошёл все тяжкие: этапы, штрафные изоляторы, БУРы - бараки усиленного режима, отрицаловку, доходиловку.
В Петиных рассказах легенды об отцовских подвигах в Гражданской войне сплетались со сладостными лагерными воспоминаниями о чудом перепавшей лишней пайке на этапе, о нескольких счастливых днях в тепле и сытости в ОК – оздоровительной команде...

Когда срок его кончился и его освободили из лагеря, Пете было 19 лет. Шла война. В армию его, как бывшего врага народа не брали. Он решил проситься на фронт и приехал для этого в Москву.
В Москве он встретился со своими старыми приятелями - дочерями расстрелянных вместе с его отцом его друзей и коллег: первого заместителя наркома обороны, начальника генштаба Красной армии Тухачевского - Светланой, и командующего Белорусским военным округом Уборевича - Миррой, и сыном тоже расстрелянного заместителя наркома труда Аркадием Толстопятовым. Эти ребята приютили Петю в Москве, и он жил то у одного, то у другого из них.

Петя рассказал, что каким-то образом ему удалось добиться приёма у начальника политуправления Красной армии Мехлиса. Петя помнил, что Мехлис считался другом его отца и соратником по Гражданской войне. Петя сказал Мехлису, что кем бы ни считали его отца, когда его арестовали, Якир начинал свою жизнь героем Гражданской войны, и он, Петя, тоже хочет сражаться с врагом за Советскую родину, как и его отец.
Мехлис сочувственно выслушал Петю и спросил, с кем он встречается и у кого он живёт в Москве. Петя был рад рассказать о встрече со Светланой и Миррой - их отцы, ведь, тоже были героями Гражданской войны, и Мехлис их хорошо знал! Мехлис сказал, что подумает о том, что можно сделать, чтобы удовлетворить Петину просьбу, и известит Петю.

Прошло несколько дней и Петю, вместе со Светланой, Миррой и Аркадием, известили уже на Лубянке. Их арестовали, как участников антисоветской молодёжной группы, и бедный Петя получил второй в своей недолгой жизни срок - 8 лет исправительно-трудовых лагерей. Как видим, доносом на детей Мехлис не побрезговал.

На пересылке Петька Якир был фигурой колоритной. Руки его были в наколках. Вся повадка была блатная, воровская. Со всеми в камере он разговаривал на лагерной фене и свысока, как вор в законе, который может, когда время придёт, раскурочить любого фраера, то есть отнять у него всё, что он, Петя, пожелает.
Со мной он говорил хорошим интеллигентным языком. Учиться в школе ему довелось всего 6 лет, но в своих лагерных скитаниях Петя встречал много старых большевиков, знавших его отца. Они опекали Петю, он многому у них научился, так же, как и от блатных. Тюрьмы и лагеря стали его школой.
Я не знал, что в Петиных рассказах было правдой, а что - вымыслом, но с моим опытом общения с «органами» у меня были сомнения насчёт пирога с вишнями, и я знал, что командарм Иона Якир, его отец, был бессарабским евреем, а не цыганом. О своих сомнениях я помалкивал. Не мне было судить Петю. Он в моих глазах был несчастным мальчишкой, грубо брошенным из счастливого детства в сталинскую кровавую мясорубку.

Больше мы с Петей не встречались, но я знал, что во время своего второго лагерного срока Петя Якир встретил и полюбил свою будущую жену Валю и у них в лагере же родилась дочь Ирина, чудная женщина, участница диссидентского движения, жена барда Юлия Кима, чей отец тоже сгинул в недрах ГУЛАГа.
Петю ещё раз арестовали в 1972м, а его дочери достались и допросы на Лубянке, и постоянная слежка.
Мехлис вскоре после встречи с Петей стал министром государственного контроля. Ему удалось сыграть в ящик за несколько дней до своего шефа, в феврале 1953го, и быть похороненным в Кремлёвской стене.

слоники

два цвета

(из архивов)
..........

А он гордился, кричал: я ветеран!
Показывал нам медали, «вот, за победу».
А мы, пионеры, легко велись на обман.
Но как же мы не любили этого деда.

И думали про себя: разве он солдат?
Ну какой он солдат Красной Армии?.. – злой, как фрицы.
А потом нам сказали, что добрые нынче спят.
Там, где ветры шумят, под землёю, война им снится.

А другие – с молчаньем в горле не просто так.
Потемнели глаза у них, потемнела кожа.
Ну а этот орал на нас за любой пустяк.
Он не только нас ненавидел – весь мир, похоже.

Хоронили его – не пошёл никто провожать.
А мы бегали посмотреть – из любопытства.
Затаился двор – да не жаль его, нет, не жаль.
Да скорее всего та война ему не приснится.

А потом бабка Настя со вздохом сказала мне,
вспоминая про скверный нрав своего соседа:
«Да всё врал он, да он и не был на той войне.
Председателем был партийного комитета».

А мы были детьми, а для нас было всё всерьёз.
И слова, и герои, и радости все, и беды.
И крутился наш общий шар, и качалась ось,
разделяя весь мир на чёрный цвет и на белый.


(2018)

пикассо

танго в танке

(утреннее)

Не быть мне тонкой – жую баранки,
сижу в сторонке, я нынче в танке.
А солнце вышло, да вот, не греет,
а я под крышей, а я за дверью.
Не буду дохнуть, накрывшись тазом –
под тазом плохо мне будет сразу.
Да ну их в омут, такие трансы,
меня не сломят, а я не сдамся!
Да ну их лесом, такие стрессы,
сползу с дивана, подвину кресло:
машу ногами в красивых тапках –
такое танго для тех, кто в танке.

зонтик

надобно торопиться делать добро (с)

В те времена все мальчики из высших сословий рождались уже потенциальными военными, с детства их обучали военному ремеслу и служить они шли уже в чине. Александр Суворов родился недоношенным, хилым и слабым, и отец, хоть и сам был генерал, заранее определил ему гражданскую службу. Ну какой из этого доходяги военный – не выдержит.

Но мальчик рано почувствовал своё предназначение, стал заниматься, закаливаться, много читал, повышал физические нагрузки. А служить начал не в чине, а обычным солдатом – в 1742 году был зачислен мушкетёром в Семёновский лейб-гвардии полк (мушкетёрами назывались солдаты, вооружённые мушкетами), где прослужил шесть с половиной лет, постепенно повышаясь в звании, и только в 24 года получил чин поручика (по-нашему лейтенанта)…

Суворов был не только великим полководцем, не проигравшим ни одного сражения, он был ещё и великим человеком. С юности я запомнила его наставления: «Не бери пищу из чужих рук» (имеется в виду – не бери ничего у врага твоего, у человека, неприятного тебе – это может быть опасно), или такую: «Войска разлагаются, когда они бездействуют» – это о лени, о безделье, об остановке в развитии, когда человек находится в праздном уме и ничего не делает. Думаю, что Суворов и есть настоящий пример чести и достоинства среди служителей Отечеству, но образ его столь же недосягаем, как, видимо, и мечта о всеобщей гармонии мира.

«Я как раб умираю за Отечество и как космополит – за свет. Жду увольненья от Балтийских мирских сует…»

«Я тот же, дух не потерял. Обманет меня всякий в своем интересе, надобна кому моя последняя рубашка, ему ее отдам, останусь нагой. Чрез то я еще не мал»

«Надобно торопиться делать добро»

«Ваша кисть изобразит черты лица моего – они видны. Но внутреннее человечество мое сокрыто. Итак, скажу вам, что я проливал кровь ручьями. Содрогаюсь. Но люблю моего ближнего. Во всю жизнь мою никого не сделал несчастным. Ни одного приговора на смертную казнь не подписал. Ни одно насекомое не погибло от руки моей. Был мал, был велик. При приливе и отливе счастья уповал на Бога и был непоколебим»

Александр Васильевич Суворов

зонтик

красный солдат

(раз сегодня мальчиковый праздник, помещу такое стихотворение)

* * *

Он вынес во двор пистолет, чёрный, блестящий.
И целую ленту пистонов.
И сказал: это – маузер.
но его можно только мальчикам.
Я смотрела, как заколдованная.

Он меньше меня, а уже солдат почти настоящий.
– Мальчик, дай пострелять!..
Не даст.
Почему я не мальчик?..

На жидких волосах болтается бант, в руке ведёрко пустое.
А у него такой же, как у солдат, ремень с золотой звездою.
Мальчики все разные,
девочки одинаковые.
– Мама, мама, купи мне маузер
и ремень с якорем!..
Я тоже хочу в окопы, и делать засаду из ящиков.
Прыгать с деревьев, ходить по болоту – пусть думают, что я мальчик!..

Я тоже хочу в окопы!
Не надо мне белых колготок!
Я не буду носить ваш бант!..
Мы сегодня уходим на фронт.
Я отныне красный солдат.
Меня приняли в полк, а верней, в партизанский отряд.

Двор поделён на участки.
Все наши уже здесь.
У меня в руках чёрный маузер.
Мне сегодня исполнилось шесть.

У нас есть свои пароли.
И совсем немного гранат.
Я девочкой буду в школе.
А здесь я – Красный Солдат.

зонтик

прапорщик Девяткин

Ну раз уж сегодня такой день, расскажу вам про прапорщика Девяткина...

(реальная история, записанная по рассказу очевидца, рядового строительного батальона Старого, служившего в далёкой Сибири в 1981-82 г.)

Collapse )
зонтик

легенда о Маховом озере

Мои немецкие друзья ligrin написали мне, что отдыхали недавно на Маховом озере. Я думаю, что тут не обошлось без легенды. Легенда, к примеру, могла быть такая.
===============================================================

Жило на одной распрекрасной полянке чудное чудовище Махо. И было оно таким смешным и нелепым, что все окрестные жители просто слезами обливались от смеха, когда Маху видели и слышали. Валились на полянку вверьх животами, ногами дрыгали и кричали: «Ой, мы не можем!.. Ой, мы щас от смеха умрём!..» Ну и умерли в конце концов.
И осталось Махо одно на поляне и сильно загрустило. И вылило из себя все слёзы, за длинную жизнь накопленные… Плакало оно плакало, пока целое озеро не наплакало и не стало ему сыро. Вылезло Махо из своего озера и пошло в Россию, где никто ещё от смеха не умирал.
Приходит Махо на границу, стучит в железный занавес железных дверей.
- Ты кто? – спрашивают её из-за двери.
- А ты кто? – отвечает Махо.
- Я – главный командирский пограничник в зелёной фуражке. – отвечает голос за дверью.
- А я – чудовище Махо, - говорит Махо. – Пусти к себе пожить в страну Россия.
Открыл главный командирский пограничник дверь, а Махо телом было запасливо, и никак в дверь себя втиснуть не может.
- Что ж это за двери у вас такие шпиёнские?.. – возмутилось Махо и загоготало весело, да так, что дверь пограничная задрожала и рухнула.
- Ыть. – икнул командирский пограничник. – От ведь!.. – и фуражку Махе отдал в память. А Махо дальше в Россию пошло, уже в фуражке.
А в России была сибирь, много снега и медмеди пьяные с гармонью. И след Махи со временем затерялся, только слышали иногда люди и медмеди раскатистый Махин гогот. Да ещё командирский пограничник иногда вздрагивал, Маху вспоминая, улыбался широко и икал.
==================================================================